Стратегия разрушительных сил в Белоруссии: от "десоветизации" к дерусификации, дебелорусизации и дехристианизации

Во всех осколках (включая центральный) бывшей Российской Империи и Советской квазимперии, включая Белоруссию, происходит борьба весьма могущественных сил зла за планомерное разрушение государственности и, ещё более, – христианской духовности и даже основополагающей нравственности (называемой традиционной), – плавное переходящее в уничтожение всего народа. 

Чем обусловлена могущественность сил зла? Обусловлена она духовным состоянием народа: его, по-прежнему, отчуждённостью от Бога, Церкви, христианской жизни, обращённостью к «хлебу и зрелищам» и, соответственно, поглощённостью своими страстями, делающими его крайне уязвимым для врагов. Причем если в советское время отчуждённости от Церкви нравственное состояние еще удерживалось: накопленным веками христианским наследием, железным занавесом, идеологией, впитавшей в себя многие отнюдь не марксистские понятия, и достаточно жёстким патерналистским контролем за состоянием умов и поведением людей, то после крушения советской системы всё пошло вразнос (пусть и разными скоростями) и, по сути, возродившаяся Церковь стала единственным прибежищем от тотального разложения нравственности и общественного строя. За пределами Церкви нравственная деградация народа – особенно молодёжи – происходит по закону ускорения свободного падения (ускорения ужасающего).

Конечно, это разложение преимущественным образом обусловлено безблагодатным, небогоугодным демократическим политическим строем, когда русский с союзными ему народами отверг власть от Бога, отверг церковное духовное окормление всего государственно-общественного строя и решил САМ, в уповании на «гордо звучащего человека» строить свою жизнь, чем занят и по сей день. Для всякого христианина совершенно очевидно, что это путь в ад – причём как в земной, в который уже почти полностью превратилась первопроходица Украина, так и в загробный – для великого множества людей нашего народа, живущих вразрез не только с Христовыми Заповедями, но даже с нравственным законом Ветхого Завета и даже древних язычников. Но изрядная доля вины этой отчуждённости лежит на церковном пастырстве (в меньшей степени – на всех верующих), которому не удаётся показать народу тщетность и ложность этой его «обращённости». Напротив, оно часто стремится подстроиться под эту «обращённость», наивно полагая (а часто и убеждая самого себя в этом – ибо так проще жить), что такой толерантностью и человекоугодием оно проявляет «любовь» во «исполнение заповедей Христа». Как следствие, зло спокойно поднимает голову и лезет во все щели, а пастырям и мирянам «остаётся» только «умывать руки» и говорить, дескать, «ну что вы хотите, народ такой» или «время такое, конец света на носу, от нас ничего не зависит» (а то и просто: «и так сойдёт», «раньше было не лучше», «самим бы спастись»). Но Христос сказал: «Вы – соль земли. Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленою? Она уже ни к чему негодна, как разве выбросить ее вон на попрание людям» (Мф.5:13). То есть, по сути дела, только у воцерковленных христиан и, прежде всего, пастырей есть средства, есть возможность изменять стратегическое положение дел в обществе и общий ход дел. Все остальные – от президентов и министров до ученых, военных, чиновников (речь о невоцерковленных из них) – в конечном счёте, являются беззащитными перед стихиями духовного мира, не имеют цельности и полноценной осмысленности в своих намерениях и решениях и, в конечном счете, пойдут туда, куда их направит вектор равнодействующей силы молитвенных и практических дел Церкви (или их отсутствия). А сложение с себя ответственности для перевоспитания народа и его государственных начальников закончится для обезсоленного священства (и их паствы) тем же, чем и 100 лет назад.

Впрочем, между политическим строем и состоянием Церкви есть прямая связь. Ибо переход от «власти от Бога» к демократической власти от земли совершился 100 лет назад, в первую очередь, «благодаря» служителям земной Церкви и особенно её архипастырям. Как известно, именно последние тогда безумно отреклись от Царя, царства и официально приветствовали масонское Временное правительство и народ – с «новым свободным строем» (некоторые даже красные банты надели), внеся соответствующие кощунственные изменения даже в литургическое богослужение. Хуже того, они ни разу не обратились к народу с вразумлением и воззванием, не попытались даже встретиться с находившимся совсем рядом в заточении царем-мучеником. Как говорится, не прошло и года… И красные банты уже вырезали и выжигали на их собственных спинах. Пришло ли вразумление? Как мы увидели по ситуации с «Матильдой», по сути, воспроизведшей предреволюционные кощунства и предательства, – едва ли. А ведь по сей день штампуются внутриутробные детоубийства (аборты), со всех щелей лезет школьный секс-разврат и преподавание учащимся сатанинского дарвинизма, Хэллоуины и Валент-блуды, ювенальная юстиция и суррогатное материнство, казино и порно-бары, расцветающие секты и оккультисты прямо на телеэкране, не говоря уже о беспределе в экономической сфере (алкогольное, приватизационное, банкирское, торговое лобби и свобода соответствующего капитала), а про то, что показывается в кинотеатрах, по спутнику и на театральных сценах и говорить не хочется. Наконец, почти вплотную подобралось биометрическое оцифровывание населения, стоящее на пороге печати Антихриста, запечатывающей совесть в человеческой душе. В этих условиях буквально толпящиеся передовые части войск НАТО на наших границах кажутся уже не столько наказанием, сколько хирургической спецбригадой (пусть и дьявольски злобной, мнящей себя спецбригадой палачей) от Бога – как это было и с гитлеровскими нацистами.

Слышали мы что-нибудь о заявлениях по этим и множеству подобных вопросов от Синодов? Патриархии, Экзархата, епархий? Обращения к властям? Воззвания к народу? Попытались ли собрать православных людей (а их нынче отнюдь не мало – ученых, военных, врачей, наставников, даже чиновников и иных) в единый союз (или хотя бы ряд объединений) для представления в миру голоса Церкви (то есть, Бога), для противостояния злу? Еще раз вспомним, как преподобный Паисий Святогорец на последних стадиях онкологии, еле поднимаясь с инвалидной коляски, ежедневно лицом к лицу общаясь с ангелами и святыми, не только оставил свой затвор, не только покинул святую гору Афон, но направился прямо в Афины для участия в выступлении многочисленного собрания (отнюдь не толпы) людей против жуткого кощунства и бесчинства в виде «Последнего искушения Христа»! Мы же продолжаем слышать высокоумные басни о «политической нейтральности Церкви». И даже идеологической! И это при том, что, например, в Белоруссии сам глава государства не перестаёт открыто заявлять, что хотел бы значительного усиления участия Церкви в жизни общества и даже идеологическом его окормлении (независимо от того, насколько он сам готов к такому усилению).

В Белоруссии, впрочем, указанная выше история имеет некоторые отличия. В середине 1990-х народу удалось отвергнуть взявших в свои руки власть националистов, спекулянтов-капиталистов, либерал-западников. И хотя их позиции именно среди белорусского народа были слабее, чем где бы то ни было ещё на Руси (здесь прозападная часть интеллигенции была ополяченной и вместе с поголовно еврейской буржуазией еще с XIX века были критически оторваны от народа и враждебны ему, что особенно проявилось во время, соответственно, коллективизации и ВОВ), с учётом полностью компрадорской и беспомощной тогда власти в Москве, полной идейной парализованности позднесоветского населения и, напротив, идейной целостности и целеустремленности западных стратегов и спецслужб – это было чудом. С приходом к власти А.Г.Лукашенко и последующим вычищением из своего окружения указанных выше товарищей (обитавших тогда во всех партиях и группировках) в Белоруссии был установлен общественный строй, во многих своих чертах очень сильно напоминавший черты не чего бы то ни было, но идеалов послевоенного СССР и даже дореволюционных монархистов-черносотенцев и, соответственно, самой Российской Империи лучших её образцов. Конечно, с поправкой на существенные родовые травмы постсоветского общества. И такой порядок вещей держался весьма долго, принося благие и всем заметные плоды. Белоруссия по праву была признана последним бастионом не только советского, но и Русского мира, «более русским государством, чем сама Россия».

Но постепенно, преимущественно с середины 2000-х, ситуация стала существенно меняться. Следует сразу оговориться, что меняться отнюдь не повально, не безнадёжно и даже не односторонне вниз. Напротив, в той же столице либеральности, прозападности, русофобской националистичности, бунтарскости и, тем более, атеистичности и материалистичности будет заметно поменьше, чем 25 лет тому назад. Но! Сами эти идеи стали более изощрёнными, влияние развращающей западной антикультуры всё более грубым и накапливающимся, особенно сильно заразилась разными пороками молодежь (в 1990-е годы бурления охватили как раз зрелую (по возрасту) группу пятидесятников-шестидесятников). Наконец, что самое неприятное, либерально-националистическо-прозападная группировка стала вызревать и собираться внутри самой власти. И если 25 лет назад альтернатива белорусским «гайдаровцам» и позняковцам была очевидна и налицо, то теперь же альтернативой оказывается гайдаровско-позняковская оппозиция и власть, в которой свили плотное гнездо эти самые гайдаровцы-позняковцы разной степени убежденности, но прекрасно освоившие приемы лицемерия –всячески стремящиеся демонстрировать свою лояльность верховной власти, народу и «избранному курсу». Но настойчиво их меняющие и особенно горячо ожидающие, когда можно будет избавиться тем или иным способом от «шефа» и приступить к вольнице под руководством «уважаемых» западных партнеров и учителей, с которыми они усиленно «сближаются». Нужно ли говорить, какую катастрофу несёт эта их деятельность для Белоруссии и белорусов! Более того, не только в случае её окончательного успеха, но даже и в самом процессе её беспрепятственного осуществления! Все области жизни белорусского общества сейчас подвергаются ими попытке «неогорбачевской» перестройки (с тем же давлением прорусских патриотов) – в чём, конечно, достигнутый ими успех существенно различается в зависимости от конкретной области: дальше всего они продвинулись в сферах и ведомствах финансов и макроэкономики, культуры и гуманитарной науки, чуть менее – образования, здравоохранения, строительства. Но угроза эта ничуть не меньше и для белорусской государственности и самой государственной власти, включая лично Александра Лукашенко, а также ряда достойных лиц в ней – если не патриотическо-служивых, то, во всяком случае, честно исполняющих свои обязанности и не приносящих сознательный вред. Да и что здесь рисовать! Перед глазами примеры Югославии и Украины, Милошевича и Януковича со множеством их министров и приближенных лиц. Да и Российская Федерация, несмотря на розовую картинку СМИ и ВЦИОМ весьма близко подошла к этому обрыву. А вот общественно организованных подлинно идейных патриотических сил (как это было в 1990-х) сейчас в Белоруссии просто нет.

Вместе с тем, ни в коем случае нельзя считать, что «всё пропало» и «всё рухнуло». Напротив, хватает и отрадных событий, и достойных людей. И даже отрадных решений и действий со стороны власти. Не хватает только организации патриотических и, прежде всего, религиозно-патриотических (православных) сил, не хватает слова правды о добре и зле и о силах, их представляющих. И кто, если не Церковь имеет это слово, силу и способность (знание и духовную власть слова от Бога) выводить почти всегда лукаво изощрённое зло на чистую воду, поддерживать и вдохновлять служителей добра, в том числе во власти (у которых часто руки опускаются только из-за одной только молчаливой позиции представителей Церкви или, хуже того, их либерально-гуманистических ужимок), объединяя их в единую силу под Божьим Покровом? А кто ещё? Выпускники светских гуманитарных ВУЗов? Запутавшиеся в сложной и бессмысленной иностранной терминологии философы? Погрязшие в фрейдистской доктрине и манипулятивных методиках тренинг-психологи? Едва ли способные выйти за пределы статистических цифр социологи? Зацикленные на прибыли и издержках, вышколенные по талмудическому «Экономикс» экономисты? Зашоренные либерально-большевистскими штампами историки? Приученные к пустословию и поиску пустых сенсаций журналисты?

Заметим, что и сами участники сил зла отнюдь не однородны. Есть много участников разрушительного движения, которые искренне верят, что они творят добро, а порой даже – служат Богу! Разве мы не встречали тех сторонников движения чайлд-фри или свободы абортов, которые искренне убеждены, что этим избавляют неродившихся детей от страданий в этом мире? А что, среди сторонников метадоновой заместительной терапии нет тех, которые уверены, что этим облегчают страдания наркоманов? Такие люди должны быть исцелены и преображены (если, конечно, изволят откликнуться). И, опять же, кто, кроме Церкви, имеет знания и силу для этого?

Каков же общий характер действий их действительно злоумышленных предводителей, стратегов? Как известно,после прихода к власти А.Г.Лукашенко Белоруссия превратилась в эдакий островок социализма посреди бушующего моря вначале либерального погрома, а потом и вольницы с беспорядком. Ещё больше она таковым островком объявлялась СМИ разных стран, включая саму РБ. Впрочем, в значительной степени она таковой и являлась с определёнными оговорками. Оговорки связаны с тем, что само понятие социализма и фактические советское общество и советская идеология суть сущности очень неопределенные и, более того, крайне изменчивые во времени. Как известно, советские руководители разных периодов без раздумий объявили бы друг друга врагами народа и самого социализма (и на закрытых собраниях и совещаниях так и делали). Во всей своей наружности эта война проявилась в случае со Сталиным и Троцким и, соответственно, Сталиным и его десталинизаторами во главе с Хрущевым.

Идейная и ценностно-нравственная противоположность этих сторон добротно раскрыта в статье Сергей Строева «Коммунисты и традиционные ценности». Глубинная суть этого противостояния проста. Марксистское учение и, соответственно, доктрина марксистского социализма суть антихристианские и сатанинские. Уничтожение государства, общественной иерархии, семьи, собственности, исторического самосознания, а главное – Церкви и всей «старой нравственности» (с отрицанием души как таковой и, наконец, самого бытия Бога) с высвобождением в «трудящемся» его внутренних «подавленных» энергий, которые под надзором неких партийных «мудрецов» со «здравым смыслом» якобы создадут прекраснейший из миров и счастливейшую жизнь, которая заключается в максимальном и почти безгранично расширяющемся всеобщем и «равном» удовлетворении «естественных потребностей». Естественно, «естественных потребностей», постоянно расширяющихся вместе с достижениями технического прогресса. Естественно, такое всеобщее безграничное счастье не может не требовать и ограничения «лишней» рождаемости, и предоставления абсолютной свободы желаний и действий – в пределах вначале созданной трудовой стоимости (социализм), а потом и в безграничных пределах человека, который в условиях отсутствия частной собственности и справедливого распределения собственно «непременно станет честным, безкорыстным и ответственным». Внутренний мир человека марксизмом полагается производным от телесного состояния (человек, напомним, в нём «произошел от обезьяны»), легко управляемым самим человеком, не требующим каких-то особых усилий (и, тем более, помощи свыше и особого духовного учреждения), и якобы «при прочих равных» всегда устремлённым вверх «к свету». Ну а «незначительная часть» «несознательных» (себя, конечно, Маркс и марксисты относили и относят к «сознательным, честным и ответственным») должна среди «потомков обезьян» быть просто прорежена – как и во всяком стаде. А остальная, в конце концов, – «свободно удовлетворять свои безграничные потребности», лучше всего, под ежесекундным системным надзором. Создаваемым при помощи того же технического прогресса. Плодами такого учения Маркса и основанного на нём социализма были Красный террор, трудовые концлагеря, повальный разврат и пошлость культурной политики НЭПа, разруха экономики с нищетой и голодом доминирующего числом крестьянства, его обезземеливание, уравниловка пьяниц и бездельников с трудягами, девять валов масштабного пьянства, волны абортов, вырезание тысячами священнослужителей, якобы «сталинские» репрессии в конце 20-летия торжества марксизма, когда «сознательность» и «новый человек» уже должны были окончательно восторжествовать (но «несознательным» внезапно «оказалось» потенциально почти всё население «дикого» русского народа), и, наконец, полная недееспособность Красной армии в столкновениях не только с гитлеровской армадой, но даже с Польшей и Финляндией.

Для всякого христианина очевидно, что данное марксистское учение и основанный на нем социалистический проект: в теоретическом плане – не просто утопия, а полный бред, а в идеологическом – безусловный сатанизм.Соответственно, все его практические «достижения» – вполне закономерны и заслужены. Однако пропагандистская версия социализма и коммунизма и, главное, отвлеченное содержание самих терминов говорят о другом: о построении общества справедливости, братства, свободы внутри порядка – только без уточнения подробностей того, каковы эти справедливость, братство, свобода, порядок, как, с какими характеристиками, как долго и ради чего их нужно строить, наконец, как обращаться с теми, кто отказывается участвовать в этом строительстве.Но в том-то всё и дело, что именно этим строительством тысячелетия и занималось Христианство, имея чёткие и ясные ответы на все указанные вопросы. Не в последнюю очередь русский народ потому и обратился к марксизму, что утратил это ясное понимание строительства и своего участия в нём – как по своей вине, так и по вине своих церковных пастырей и гражданских начальников. И совершенно закономерно, что, испытав на своей шкуре реализацию вышеуказанного проекта бесноватого Мойзеса Мордехая Маркса, называвшего в своих писанинах славян и особенно русских зверьем и дикими второсортными варварами, он – той или иной его долью, в той или иной мере – не мог не обратиться к иной версии «общества справедливости и братства». Тем более, что тысячелетнее наследие Христианства было огромным – и не только в закрытых храмах и названиях городов, но и в живой памяти и даже крови самого народного большинства. Так появился сталинский социализм, в котором уничтожение государства, общественной иерархии, семьи, собственности, исторического самосознания, нравственности и, в конце концов, Церкви уж точно никак не предусматривалось. Более того, его содержательное наполнение непременно должно было и обратилось к Православию. Выяснение того, насколько глубоко зашёл и мог зайти сталинский русский социализм в очистке от марксистского вероучения, насколько сам бывший православный семинарист Иосиф Джугашвили пересмотрел свои взгляды (в том числе не успев отразить это в словах и делах), насколько искренне или расчётливо-прагматично он это делал – вопрос отдельный и очень сложный. Несомненная правда в том, что эти два социализма сосуществовали и боролись незримо (в том числе для отдельных борцов) между собой всё послевоенное время. Равно как несомненно и то, что победил (и, не мог не победить) социализм «ортодоксальный».

Однако с развалом СССР борьба эта отнюдь не закончилась, но продолжилась в новых декорациях. Сам по себе марксизм суть плоть от плоти западноевропейское порождение (точнее исчадие) – отросток западной религии антропоцентризма (человекобожия) – и поэтому «возвращение России в европейскую семью» (которое началось еще при Хрущёве) означало лишь новый этап содержательной конкретизации марксисткой идеологии, в которой Запад (в частности, его крупные банкиры) вполне заслуженно чувствовали себя не чужаками, а первоисточниками. На Украине и в Российской Федерации постсоветский марксизм приобрел во всём подчеркнуто троцкистскую окраску. Белоруссия А.Лукашенко пошла, безусловно, по стопам сталинского социализма – с расширяющимся участием православной Церкви и даже возрождением дореволюционного наследия. И, естественно, властью не номенклатурной партии, но «отца народа» или Батьки. Расширение и возрождение имели ограничения, разные темпы в разных сферах, – это опять же тема отдельного исследования.

Суть же в том, что примерно с середины 2000-х незаметно стал поднимать голову и старый марксизм, – выраженный в Белоруссии, с учетом всех обстоятельства и предпосылок, в виде либерализма, капитализма, национализма и в целом западничества, а с ним – и русофобии. «Начал поднимать», естественно, не в маргинальной оппозиции, откуда он никогда и не уходил, а во внутривластной оппозиции – тихой, неспешной и лояльной. Батька Лукашенко не устраивал их и никогда не устроит (их собратьев не устраивали даже бесхребетные Янукович, Милошевич, Шеварнадзе и нерешительно-компромиссный Путин). Тем важнее было (и есть) для них измазать этого Батьку в своей грязи: именно его руками упразднить белорусский общественный строй с его политическими, экономическими и даже идеологическими основами, которые (пусть и не без погрешностей) этими руками и создавался. И вот мы видим, как последовательно и упрямо ими – с улыбками и, главное, затуманеннейшими эвфемическими фразами – разжижаются и постепенно заменяются недавние столпы белорусскости, тихим шёпотом уговаривается на опрометчивые шаги и решения сам Президент, его верные и старые союзники и поплечники выставляются перед ним врагами, а еще вчерашние западные хищники и, с ними, мерзавцы типа Саакашвили, Порошенко, Собчак, Березовского – «уважаемыми и выгодными партнерами». Соответственно, на идеологическом уровне и особенно на деле стало замечаться вытеснение «сталинских» принципов народного попечения, справедливости, общего дела, русского и славянского братства, экономической самодостаточности, семейности, закрытости от западных влияний, критики западного блока и НАТО. Напротив, марксистско-ленинские идеи воспевания революции, децентрализации власти и ненависти к монархичности, максимальной независимости от остальной России, борьбы с «великодержавностью и черносотенством», отделения Церкви от государства и общества, религиозного экуменизма и обновленчества, отторжения метафизических и нравственных основ государственной политики, борьбы с патриархальностью в семье («семейным насилием»), обеспечения сексуальных свобод, свободы пошлости в культуре и досуге, феминизма, приветствия западных консультантов и НКО, привлечения иностранных банкиров-концессионеров и подобного – всё чаще оказываются в фаворе на самых высоких встречах и в самых высокопоставленных выступлениях, заявлениях и политике.

В меняющейся исторической ретроспективе всё более «своими» оказываются душители и эксплуататоры из польской шляхты и их местные коллаборационисты (особенно же полонизированные революционеры, желавшие отделить Белоруссию в составе Польши от России, которым за последние годы посвятили площади и улицы в центре Минска): оные времён Первой мировой войны вполне уже проникают в списки почёта, но и оные, казалось бы, неприкасаемой Великой Отечественной войны – уже на недалеком горизонте. Вспомним, как коллаборационист, служивший в войсках СС и затем на радио «Свобода», свободно приезжал в Белоруссию и проводил встречи с общественностью на самом высоком уровне, а вскоре и глава его созданного беглыми гитлеровцами союза мило встречался с печально известным белорусским министром иностранных дел. А вот уже и выставка в знаменитом минском музее ВОВ, посвященная Армии Андерса (польских бандеровцев, для которых Советская армия была заклятым врагом) с восторженными лицами посла Великобритании и сопровождающих её лиц из «расы господ». Да и чего там: вспомним, какие теплые рукопожатия со стороны белорусских официальных лиц получают украинские правители, которые день образования бандеровской армии объявили национальным праздником, а национальными героями, с переименованием в их честь улиц украинских городов, объявлены Бандера и Шухевич, бандиты которого сожгли множество белорусских деревень с жителями и непосредственно легендарную Хатынь!

Напротив, всё более враждебное отношение проявляется к дореволюционной Белоруссии в составе Российской Империи, в которой православное белорусское население было освобождено от многолетнего рабства, процветало, впервые за сотни дет получило доступ к образованию и даже просто права на исповедание христианской веры! Великие сыны Белой Руси, просиявшие своими именами на всероссийском и даже мировом уровне, начиная, собственно, с белорусских святых, оказываются всё более нежеланными гостями – в плане появления даже их имён в учебниках, на телевидении, в иных средствах массовой информации, в топографических названиях и памятниках. А уж всё, имеющее отношение к царской власти (которые белорусские крестьяне буквально боготворили), вообще подпадает под опалу: напротив, все революционные поползновения на царей и царских чиновников, всякие бунтари и даже убийцы получают ту или иную степень одобрения. В целом, время нахождения Белоруссии под литовскими князьями и даже в составе польской Речи Посполитой (классические идолы прозападной антипрезидентской оппозиции) последнее время получало постепенную реабилитацию, а в Российской Империи – замалчивание и полумрачный окрас. Время долитовской Киевской Руси (как и сталинской и послевоенной советской) уходило в тень, пропуская на передний план революционную часть «освобождения от царизма» и особенно постсоветскую эпоху с акцентом на «достижение суверенитета» (естественно, от России) с опять же уходом в тень прорусского референдума 1995 года, Союзного государства. Даже про святое – Великую Отечественную – дискурс начал смещаться на «войну за независимость Беларуси» (война с Наполеоном и Кайзером вообще стали лишаться званий Отечественных для белорусов). Особенно это заметно в учебниках по истории! Конечно, это ещё не получило полного развёртывания, но действие указанных сил и его направленность – очевидны.

Постепенно начало пересматриваться и утверждённое референдумом двуязычие, а, на самом деле, – право свободно пользоваться родным русским языком, поскольку официальная версия «беларускай мовы» (разработанная польско-литвинскими революционерами второй половины XIX века, являющимися кумирами нынешней националистической оппозиции, и деятелями насильственной беларусизации 1920-х преимущественно польско-католического и еврейского происхождения) находится в глубоком разрыве с деревенскими диалектами, на которых говорила белорусская деревня 100-200 лет назад и говорит во многом по сей день, и никогда не была родным разговорным языком для белорусов. Львиная доля терминов в ней, отличающаяся от русских корней (и притом – не вещественного, а умозрительного ряда, определяющего духовность), является не «самобытно белорусской», но легко обнаруживается в польско-русском словаре (а теперь еще и, все чаще, в англо-русском). Фраза, например, «получать образование белорусские крепостные холопы и девушки должны исключительно на языке господ, ища их милости» прозвучит на польском, na przykład, «edukacja białoruskie chłopy i dziewczyny powinny otrzymywać wyłącznie na mowypanów, szukaći ich łaski» и, вы не поверите, на «беларускай мове», – напрыклад, «адукацыю беларускiя халопы iдзяучынкi павiнны атрымоуваць выключна на мове панов, шукаючы iх ласкi». Неудивительно и то, что объявления в метро, надписи улиц и населенных пунктов стали производиться на мове и инглише, но только не на государственном русском. Понятное дело, что для новоявленных «шляхтичей» русский язык Пушкина и Достоевского, равно как и настоящее белорусское наречие простых белорусских крестьян и, заметим, самого А.Г.Лукашенко (которое с любовью изучали дореволюционные славянофилы из Москвы и Петербурга), суть равно язык быдла (как и у их предшественников минувших веков). Но вот как им позволяется выступать от имени белорусского государства, которое с 1994 года строилось на приструнении этих антинародных «элит»?

Дабы обрамить всё вышесказанное веским свидетельством из текущего, приведем две свежие ссылки.

1. Выступление одного из главных (если не главного) лица из числа верных марксистов-ленинцев-гайдаровцев XXIвека (выходца из советского КГБ) и проектантов «новой суверенной Беларуси»: «Макей: Невозможно “заснуть” в Советском Союзе и “проснуться” в демократическом государстве». Неужели и глава белорусского государства готов подписаться под этим высказыванием министра иностранных дел ротшильдовской британской газете? Во всяком случае, все проектировщики и готовящиеся змагары белорусского «Майдана» просто мечтают это «невозможное» (но желанное) сделать реальным!

А вот, что именно значит для пана Макея «просыпание в демократическом государстве»: ««Мы понимаем, что существует ряд вопросов, являющихся чувствительными для Европейского союза. В основном эти вопросы лежат в гуманитарной плоскости – права человека, демократия, смертная казнь. Наши европейские партнеры связывают данные гуманитарные аспекты с возможностью дальнейшего укрепления политических и экономических отношений между Беларусью и ЕС. Мы не отказываемся от обсуждения этих вопросов. Вовсе нет. Я бы сказал, даже наоборот». Для этого он обещает «организовать обсуждение со всеми заинтересованными негосударственными организациями, чтобы определить наше текущее положение, выявить, что необходимо сделать в будущем в гуманитарной сфере – в вопросах прав человека, демократии и так далее».

У кого-то есть сомнения, чтό это будут за «заинтересованные негосударственные организации» по «демократизации гуманитарной сферы»? Явно не Церковь и не христианские (и даже социалистические, коих уже единицы) патриоты, не так ли? Для Макея их мнение, несомненно, является мнением не «демоса», а «быдла»: «Не потому, что мы не хотим менять ситуацию в некоторых сферах, где, по мнению Европейского союза, имеются некие недостатки. На протяжении длительного времени мы жили в Советском Союзе. Наш менталитет, менталитет белорусских граждан сильно отличается от менталитета европейцев… Мы верим, что социально-экономические права имеют большее значение для отдельного человека, нежели политические… Для того чтобы изменить эту неблагоприятную, с точки зрения Европейского союза, ситуацию, неблагоприятную „расстановку приоритетов“, нам необходимо пытаться менять менталитет наших людей, их психологию». Товарищ прекрасно освоил масонское искусство убегающего выстраивания фраз, но его недостаточно для того, чтобы мы не заметили, что если бы это было лишь «мнением Европейского союза» (кстати, напомним, Великобритания, которую представляет Financial Times, выходит из ЕС), не совпадающем с мнением «нашим» (то есть, макеевским), то он бы не говорил «не то, чтобы мы не хотели» и «нам необходимо пытаться менять менталитет и психологию людей». «Хочемо» и «активно пытаемся».

Далее более: «Безусловно, в России могут быть отдельные личности, которым не по нраву, что Беларусь стремится к большей независимости. Мы открыто обсуждаем эти вопросы с российскими партнерами. Пытаемся им объяснить, что наше стремление поддерживать нормальные отношения с Европейским союзом не означает, что мы хотим порвать все связи с Россией, нашим стратегическим партнером». Друг Ротшильдов хорошо знает, что «отдельным личностям в России» (и Белоруссии, и далеко не отдельным) не по нраву не то, что «Беларусь» (то есть, влиятельная прозападная часть её элиты, рвущаяся к полной власти) стремится к большей независимости от Кремля (в экономической сфере самого оккупированного), а то, что «Они» хотят (и делают) Беларусь переключить с России на Запад – и, прежде всего, в духовно-мировоззренческом и военном плане. И уж совершенно понятно, что никак словами братьев-белорусов для россиян (особенно в нынешнее тяжелое и грозное время) не могут быть слова: «Мы бы хотели найти позитивный баланс в отношениях с Россией и нашими европейскими партнерами. Нам бы не хотелось, чтобы в нашем регионе возникали новые разделительные линии». Напомним, в регионе, в котором сносятся памятники советским войнам-освободителям и маршируют марши ветеранов СС вперемешку с гей-парадами. То есть, «мы не с теми, и не с теми, мы сами по себе» (хотя хорошо понятно, и не только нам, что, в конечном счете, в каждой конкретной ситуации быть ни с кем невозможно, потому что даже молчание суть уже занятая позиция). То есть, нам те, кто олицетворяет собой нацистскую идеологию в Риге и Киеве, однополые браки в Стокгольме и Амстердаме, изъятие детей из семей (особенно русских) в Осло и Копенгагене, бомбардировки Ливии и Сирии – оказываются равнозначными русским братьям? А «все связи» не хочет (ибо не может!) порвать с Россией не только Беларусь, но даже Порошенко со своими бандеровцами: но вращая «окном Овертона», Макей передаёт западной элите и нам, что «Они» собираются порвать не все, но максимально возможные связи, и, снова по-украински, прежде всего, – не экономические, но духовные.

В целом заметим, как много позволяет себе рассуждать о ценностях смертной казни и прав человека, советского тоталитарного общества и менталитете народа министр иностранных дел (бывший глава президентской Администрации как раз времени начала политических разворотов), функции которого заключается лишь в дипломатическом обеспечении взаимодействия представителей сфер политики, экономики, науки, культуры, военного дела, общественной жизни (просто беспредметных «международных отношений» не существует). А кто-нибудь вспомнит, чтобы какой-нибудь министр иностранных дел (даже масштаба Сергея Лаврова) позволял себе так свободно рассуждать о приватизации в стране, причем стратегических предприятий (да еще в пользу иностранных инвесторов), причем вбивая «догму» о неизбежности (вне зависимости от воли народа) этой приватизации?Любопытно, а глава государства знает об этой «неизбежности»?!

2. А вот – еще одно откровение, на сей раз из уст А.Шрайбмана, заместителя по политической части владельца и руководителя портала Тут.бай, которому позволяется доминировать в информационном пространстве Белоруссии, пропагандирующего гомосексуализм, порнографию, украинский нацизм, гайдаровский либерализм, русофобию, Ю.Зиссера. Как настоящий талмудист, он извращает правду, пытаясь (в голове у читателя) сцепить в одной «правизне» России фашизм (с намеком на «русский нацизм») и бело-красно-синий флаг, рыночный либерализм и «православный крен» с «консерватизмом и традиционными ценностями». Но первые ко вторым никакого отношения не имеют. Господствующий в Великобритании рыночный либерализм не как не препятствует ей быть передовиком в введении «третьего» (и прочих) пола, легализации наркотиков и гомосексуализма. И при этом быть «монархией» и иметь религиозный гимн и флаг. А.Шрайбман также «забывает», что нынешний российский флаг хоть и использовался власовцами, но уж точно столетиями своей славной истории связан не с ними, а вот «бел-чырвона-белы сцяг» был выдуман во время Первой мировой войны поляком Клавдием Дуж-Душевским как вариация польского и использовался впервые в истории коллаборационистами кайзеровской оккупации из числа католической интеллигенции. Второй раз – нацистскими коллаборационистами. Третий раз – перестроечным и постперестроечным БНФом.

В том же духе: «В Беларуси память о войне – ритуал с явным оттенком скорби и трагедии, а в России все чаще на плакатах 9 мая можно увидеть невообразимое для нас и откровенно жуткое ”Можем повторить”». Может быть, для зиссеров и шрайбманов (и, конечно, макеев) День Победы и является «скорбью и трагедией», но всё-таки для большинства белорусов он пока что – символ жертвенной победы всего русского народа и союзных с ним (а также всех добросовестных людей со всего мира) над исчадием ада, воплощающим в себе всю цивилизацию Запада как итог ее революционной антихристианской эволюции, и до последнего (вплоть до сепаратных переговоров) поддерживавшимся англо-саксонскими элитами во главе с ротшильдовской финансовой империей.

Однако самое интересное следует дальше: «белорусская ситуация на дальней временной дистанции кажется мне более оптимистичной, чем у наших соседей». Отчего же такая честь «последней диктатуре» от Шрайбмана?!

И здесь мы возвращаемся к сказанному выше: «у той белорусской власти, которая захочет демократизировать страну и поставить ее на рыночные рельсы (ту, которую так чают Шрайбман и Макей), десоветизация экономики, политики и сознания людей будет естественной задачей… Но самое главное даже не это. А то, что искренне ностальгирующих по советскому времени становится все меньше – как в сменяющихся поколениях белорусов, так и в ее правящем классе. Поэтому наш посол в Китае Кирилл Рудый не боится писать новую книгу о том, как «раскодировать» белорусов. Поэтому глава МИД Владимир Макей называет СССР тоталитарным и этим багажом объясняет наши проблемы с демократией. Наконец, именно поэтому главный редактор «Советской Белоруссии» Павел Якубович с, кажется, искренним энтузиазмом берется за организацию мемориала жертвам сталинских репрессий в Куропатах и проводит круглый стол на эту тему в своей редакции. Даже при сегодняшней левой власти ее видные представители вольно или невольно начинают отторгать советскую идеологию. И это будет продолжаться».

Павлу Израилевичу, как яростному антисталинисту, следовало бы быть поскромнее – по поводу «сталинских репрессий» ведомства Еноха Гершевича Иегуды (Генриха Ягоды), проводимых в Белоруссии «Тройкой» под руководством Бориса Бермана (к слову, подавляющее большинство расстрелянных в «судный день» «деятелей культуры» перед этим принимали самое активное участие в доносах и расхваливании самих репрессий). Но А.Шрайбман совершенно честно озвучил осевых лиц «правящего класса» (во всяком случае из находящихся на виду) «десоветизации» белорусов, изменения их «менталитета и психологии»: а) К.Рудый – символ и апологет радикальных экономических реформ (погрома) по гайдаровскому образцу, которые уже успели нанести колоссальный вред белорусскому народному хозяйству; б) В.Макей – символ и апологет максимального разрыва связей с Россией и внешнеполитического разворота на Запад; в) П.Якубович (и, чего уж скромничать, сам связанный с ним Тут.бай Зиссера-Шрайбмана) – символ и апологет мягкой (до времени) русофобизации и дехристианизации «гуманитарной сферы» (идеологии и общественного сознания) и информационно-журналистского обеспечения всего этого процесса. Под руководством этой «антисталинской Тройки» перспектива «белорусской ситуации» для Шрайбмана, конечно, не может не казаться более чем «оптимистичной». Если они (и те, кто за ними) придут к власти в Белоруссии это будет катастрофой – и не только для Белоруссии.

Однако, повторимся, далеко не всё происходит в таком плачевном русле, далеко не все во власти и согласны с таким ходом дел. Напротив, министры информации, культуры и образования, глава Администрации Президента и помощник Президента по идеологии, при которых заваривалась вся эта каша, в текущем году были освобождены от должностей и заменены на весьма достойных людей. Да и сам глава государства едва ли может и будет ощущать себя своим среди панов, смотрящих на белорусский народ как на быдло, кривящихся при упоминании Победы в Великой Отечественной войне, желая войти в память народа Горбачевым (перечеркнув все прежние выдающиеся заслуги и, вполне вероятно, поставив под вопрос жизнь свою и своих детей), ожидающим любви и поддержки со стороны преемников польско-католических мятежей и бунтов. И иллюзий здесь быть не должно! Если покорному рабу Запада бандиту Януковичу было позволено сбежать с пылающей вотчины, предателя хорватских и боснийских сербов Милошевичу «амнистировали» до права быть тихонько отравленным в гаагской каталажке, то «посмевшего» вести внешнюю политику без согласования с американскими элитами Хуссейна уже показательно повесили в Курбан-байрам в штаб-квартире собственной военной разведке, а «дерзнувшего» объединить разноплеменную Ливию, национализировать нефтедобычу, обратить все доходы от нее на благо простого народа и «оборзевшего» до идеи введения во всем арабском мире «золотого динара» вместо доллара Муаммара Каддафи публично изнасиловали на камеру под восторженные визги Хиллари Клинтон и Обамы и обкатав в кровавой грязи в буквальном смысле разорвали на части. Что же ожидает – при первой возможности – главу государства, который не просто превзошел указанные достижения Хуссейна и Каддафи, а выступил за объединение Русского и славянского мира, последним сохранил чествования победы над Западом во Второй мировой войне, неоднократно громил с трибун уровне Генассамблеи ООН США и коллективный Запад, разоблачая его сатанинские планетарные затеи?

Другое дело, к сожалению, Александр Григорьевич не понимает вполне, какая угроза нависает над страной и над ним лично со стороны осмелевших «видных представителей правящего класса». Он, судя по всему, вполне убеждён, что главная угроза для его власти (возможно, и для всего государства) лежит в области экономики и возможных социально-экономических недовольств, переходящих в белорусский Майдан. И весомым средством против этой угрозы ему видится получение дополнительных источников дохода и кредитов на Западе (для чего МИДу и дается карт-бланш), который ещё ни разу никому не протянул руку помощи (разве что с ядовитыми шипами) и противодействие коррупции, на борьбу с которой (а отнюдь не с внутриэлитным заговором и действиями западных спецслужб) нацелен нынешний КГБ. Но прочтем ещё раз проговоренные выше А.Шрайбманом слова (с толковыми сносками): «У той белорусской власти, которая захочет демократизировать страну и поставить ее на рыночные рельсы (то есть, «постлукашенковской»), десоветизация (скажем прямо, «делукашевизация») экономики, политики и сознания людей будет естественной задачей… Даже при сегодняшней левой власти (то есть, при А.Лукашенко) ее видные представители вольно или невольно начинают отторгать советскую идеологию». То есть, «видные представители» не «сегодняшней левой власти» (то есть, народно-патриотической «сталинского типа» с возрождающейся христианской духовностью), а её внутренней оппозиции, демонстративно лояльной, но внутренне вполне «отторгающей» народно-патриотическую идеологию с христианской нравственностью (пусть и ныне достаточно размытую – при их непосредственном участии) и лично пришедшего с ней к власти в 1996 году А.Г.Лукашенко. Они подталкивают его и к шагам, которые отторгают от него его идейных сторонников (в Белоруссии и в России), вероятно, лукаво внушая, что «ничего страшного, переварят», хотя своим для националистов и либералов (внутренних и внешних) он никогда не станет – как не удалось это с улыбающимися «доброжелателями» в белых перчатках ни Милошевичу, ни Каддафи, ни Хуссейну, ни Януковичу. Напротив, пугают его тем, что «Россия хочет лишить Беларусь суверенитета и лично ее руководителя – власти», подталкивая искать защиту от сего у Запада, а главное – в постепенном изменении внутренней идеологии в самой Белоруссии в максимальном подавлении всего, что её связывает с Россией (православную веру, язык, символы, общие праздники и святыни, литературу и особенно историческое самосознание, а главное – общих святых, героев, государственных деятелей). То есть, политическая цель их «десоветизации» – Украина. А главная – стратегическая, антропологическая – перестройка самого белоруса в бездуховного и бездушного, умственно ограниченного, пустого эгоиста-потребителя западноевропейского типажа.

Но это они так хотят и стараются, а Бог распоряжается по-Своему. И снова же именно Церковь ответственна перед Ним и народом – чтобы «путь нечестивых погиб» (Пс.1:6). Посему со 100-летия победы антихристианской революции начнем анализ отдельных областей текущей общественной жизни Белой Руси, внося вклад в это большое дело.

.

Николай Василенок

Источник: http://rossiyaplyus.info/strategiya-sil/

0

"Грядут большие перемены"