ГОЛГОФА ЦАРСКОЙ СЕМЬИ

Все царственные мученики, несомненно, сознавали приближение конца и готовились к нему. Даже младшие: святая княжна Анастасия и наследник святой цесаревич Алексий не закрывали глаза на действительность, как это видно из случайно вырвавшихся как-то у наследника слов: «Если будут убивать, то только бы не мучили».

Понимали это и преданные слуги государя, мужественно последовавшие за царской семьей в ссылку. «Я знаю, что я не выйду из этого живым. Я молю только об одном – чтобы меня не разлучали с государем и дали умереть вместе с ним», - говорил генерал-адъютант И.Л.Татищев.

С каждым днем страдания царственных мучеников все увеличивались. Караульные, присутствуя за обедом, не снимали фуражек, курили; комиссар, почти всегда пьяный, беря однажды тарелку, толкнул государя локтем прямо в лицо. В нижнем этаже дома было устроено караульное помещение. Грязь там стояла ужасная. Пьяные голоса все время горланили революционные или неприличные песни, под аккомпанемент кулаков, стучащих по клавишам рояля. А сверху, точно с неба, доносились отдаленные звуки божественных напевов.То пленники пели дивные, трогательные молитвы Литургии.

Во главе уральской ЧК стояли люди, забывшие все человеческое, их повседневным занятием было планомерно проводимое уничтожение лучших русских людей, верных сынов распинаемой России. Ни один из них не был представителем русского народа, это были иудеи, лютые враги христианства и помазанника Божия – государя императора. Когда они увидели, что старая охрана царской семьи начинает проникаться добрыми чувствами к царственным узникам, то тут же сменили ее новой – из самих чекистов.

Во главе этой охраны стоял иудей, Янкель Юровский. Назначение Юровского ознаменовалось для царской семьи установлением поистине каторжного режима. Государь всегда любим физический труд, отсутствие движение плохо отзывалось на его здоровье. Юровский запретил ему работать в саду и выходить на свежий воздух; запрещено было также подходить к окнам; однажды, когда великая княжна Анастасия Николаевна задумчиво смотрела на краешек неба, на угол улицы 0 на кусочек свободного мира, часовой выстрелил в нее, и пуля пролетела над ее головой.

За три дня до убиения царственных мучеников к ним был последний раз приглашен священник для совершения службы. Батюшка служил обедницу. По чину службы положено было в определенном месте прочитать кондак: «Со святыми упокой…» Почему-то на этот раз диакон, вместо того, чтобы прочитать этот кондак, запел его, запел и священник. Царственные мученики, движимые каким-то неведомым чувством, опустились на колени. Так они прощались с этим миром, чутко отзываясь на призыв мира горнего – Царствия вечного.

В ночь с 3 на 4 июля (по старому стилю), когда узники спали крпким сном, их разбудили и приказали одеваться, чтобы «покинуть город», которому будто бы угрожала опасность. Царская семья спустилась в нижний полуподвальный этаж, где государь с больным сыном сел на стул посреди комнаты. Вокруг расположились государыня, великие княжны, доктор и трое преданных слуг. Все ожидали сигнала к «отъезду».

Неожиданно в комнату ворвался Юровский в сопровождении семи вооруженных человек, бывших германо-австрийских военнопленных, и трех своих друзей-каторжников, уголовных преступников, выпущенных на свободу Временным правительством. Пленники сразу же поняли, в чем дело, Государыня перекрестилась, но не произнесла ни слова.
После невнятного заявления Юровского о приговоре царской семьи к расстрелу он выстрелил в упор в государя. Императрица бросилась к убитому мужу, но тут же упала, сраженная несколькими пулями.
Бог послал им счастье не слышать стонов раненного цесаревича, не видеть его лица, залитого кровью, его рук, протянутых к отцу, и криков раненной великой княжны Анастасии, которую два палача добивали штыками. Самое невинное и святое претерпело наибольшие муки.

Одиннадцать тел святых мучеников остались лежать в лужах крови.
В это время в Дивеево блаженная Паша Саровская весь день была крайне возбужденная, все вокруг крушила и кричала: «Жиды проклятые! Царевен штыками! Царевен штыками, жиды проклятые!»

Но страх мучителей перед венценосными мучениками простиралься дальше – даже мертвые они были страшны им. Боясь, что их святым останкам начнет воздаваться должное поклонение в народе, мучители, вывезли их за город и всю ночь жгли костры, чтобы уничтожить их святые мощи.

Вот уже сто лет, как упившийся русской христианской кровью, пьяный иудей-хасид радуется и беснуется у подножия креста, на котором распята Святая Русь, как две тысячи лет назад, упившиеся Кровью Великого Бога их богомерзкие потомки бесновались у подножия Креста Христова и обезумевшие от своей злобы орали: «Кровь Его на нас и на детях наших».

Но, вот уже и сто лет, как за Россию принесена великая жертва Святых Царственных Великомучеников, Императора Николая, императрицы Александры, великих княжен Ольги, Татьяны, Марии, Анастасии и цесаревича Алексия.

Но, как Святая Церковь поет в Великий Пяток: «Восстани Господи и воздаждь им по делом их», так и мы уверенны, что восстанет Господь, «бурею зельною (великой)» смятет все иго иудейское, сорвет оковы, которыми оковали со всех сторон враги Божии нашу Святую Русь, простит русскому народу грехи отступления от заповедей Божиих и от помазанника Божия, а всем масонам и иудеям «воздаст по делом их».

А Русь Святая, напоенная кровью святых царственных великомучеников и всех новомучеников и исповедников российских, воскреснет во всей своей былой славе. Аминь.

Пресвятая Троица, молитвами Богородицы и Святых Царственных Великомучеников спаси Святую Русь! Пресвятая Богородица, спаси Святую Русь! Святые царственные великомученицы, молите Бога о нас!

Святая Гора Афон. 4 июля 2018 года. Престольный праздник в честь Пресвятыя Богородицы «Экономисса» («Игумения Святой Горы Афон») и Святых Царственных Великомучеников. Грешный монах Варсанофий Богославский.

Источник: https://vk.com/wall451801315_522

0

"Грядут большие перемены"