О патриотизме, нацизме, шовинизме…: Как подменяют разные понятия борцы с русским самосознанием

Патриотизм есть любовь к Родине, к своему Отечеству, и комментарии здесь не нужны. Слово это имеет и всегда в России имело сугубо положительное значение. Было только одно исключение. В конце 1980-х – 90-е годы бесновавшиеся «демократы» поносили и это слово, а для убедительности приводили вырванную из фразу жившего в XVIII веке английского литератора С. Джонсона: «Патриотизм – последнее прибежище негодяев». Получалось, что каждый патриот есть заведомый негодяй. (В действительности, Джонсон имел в виду преступников, которые для смягчения наказания провозглашали себя патриотами Великобритании – это тогда помогало).

А вот с национализмом дело хуже. В СССР его порицали и употребляли не иначе как с довеском – «буржуазный». В последнем Советском энциклопедическом словаре (1986 г.) прямо написано, что, во-первых, национализм «противоположен пролетарскому интернационализму» (что уже плохо само по себе), а, во-вторых, что основа его – «идеи национального превосходства и национальной исключительности».

В том же словаре по поводу интернационализма сказано, что он есть международная солидарность рабочего класса. Однако в данное понятие ВКП(б) – КПСС вкладывала более глубокое, но не афишируемое содержание, а именно – забвение национальных интересов ради «братства трудящихся всех стран», и, разумеется, «братства народов СССР». То, что национальные интересы и, тем более, национальное выпячивание клались на алтарь межнационального единства и благоденствия Родины, никаких сомнений у русских людей не вызывало. А вот как они клались на этот алтарь, порождало немало вопросов.

«Единство народов» на практике привело к тому, что русский народ занял последнее место по уровню жизни в СССР. Когда-то самый образованный народ Российской мперии, он по числу людей с высшим образованием на 1 тыс. жителей к 1980-м годам скатился на последнее место (к слову сказать, процент людей с учёными степенями в Киргизии, где письменность появилась лишь в 1930 г., был выше, чем в РСФСР).

Вот некоторые цифры. В республиканском бюджете России от налога с оборота оставалось 70%, в остальных республиках 100%, от прибыли предприятий союзного подчинения – соответственно 12 и 20%. В межреспубликанской торговле РСФСР имела положительное сальдо 40…42 млрд. руб. (рубль тогда стоил дороже доллара), а если к этому добавить субвенции на 9…10 млрд., то в итоге Россия даром отдавала другим союзным республиками по 50…60 млрд. ежегодно. Не удивительно, что из каждого заработанного рубля Россия тратила на себя 80 коп., а, к примеру, Грузия – 5 руб.

Таким образом, интернационализм в СССР стал способом решения национальных задач за русский счёт.

Но вернёмся к национализму. Остриё борьбы здесь Советская власть направила исключительно против русского национализма, и советские вожди, начиная с Ленина (ещё до революции) и кончая Сталиным (в 1929 г.), называли его не иначе как «великодержавным шовинизмом» (о шовинизме – чуть ниже). К русскому народу большевики вообще относились, мягко говоря, не очень доброжелательно. Ленин в 1922 г. писал, что русские – это «угнетающая или так называемая "великая" нация (хотя великая только своими насилиями, великая только так, как велик держиморда)», а через год Бухарин вторил: «Русские должны искусственно себя поставить в положение более низкое по сравнению с другими, чтобы тем самым искупить свою вину перед угнетёнными нациями». Эта политика «искупления» (хотя впоследствии она и не оглашалась) продолжалась до конца существования советской власти.

Очевидно, советской трактовкой руководствуются и в нынешней РФ и остриё борьбы направляют опять же на самое главное зло – русский национализм.

Но вот вопрос: как же назвать чувство любви к своей нации, преданности ей, уважения к ее истории, традициям, культуре, религии? Патриотизмом? Но патриотизм – это любовь к Отечеству, любовь к России, в которой проживают десятки коренных этносов. А придумывать ничего не надо, потому что есть слово «национализм».

Оно так трактуется и в Википедии («… В своей основе национализм проповедует верность и преданность своей нации»), и в Британской энциклопедии ( «верность и приверженность к нации или стране, когда национальные интересы ставятся выше личных или групповых интересов») и, в Японской («всеобщая приверженность и верность своей нации»). Заметим – не превосходство своей нации, а преданность своей нации!

Господь, разделив человечество на народы, наделил людей, как и животных, тремя видами инстинктов: 1 – инстинкт самосохранения (грубо говоря, «шкурный» инстинкт, самый низший уровень), 2 – инстинкт продолжения рода (родовой инстинкт) и 3 – инстинкт сохранения и продолжения этноса (племени, народности, нации), т.е. национальный инстинкт, аналогичный видовому инстинкту у животных.

И как ни старалась советская власть истребить третий инстинкт (провозгласив даже создание «новой исторической общности – советского народа), у неё ничего не получилось: армяне ощущали себя армянами, узбеки – узбеками, латыши – латышами. Да и не могло получиться, тем более что страна была разделена на национальные республики, области и округа. В наибольшей степени этот инстинкт был подавлен у русских: уже едва ли не большинство их называли себя не русскими, а советскими людьми.

Сегодня пытаются создать ещё одну «историческую общность – российскую нацию», и тоже ничего не получится. Даже если Республику Татарстан преобразуют в Казанскую губернию, Башкортостан – в Уфимскую губернию, а Республику Бурятия – в Область Забайкальского казачьего войска, татары останутся татарами, башкиры – башкирами, а буряты – бурятами и национальный инстинкт вытравить не удастся.

Совершенно очевидно, что национальный инстинкт проявляется в преданности своей нации, в гордости за принадлежность к своей нации, в уважении к её прошлому, в желании ей благоденствия. Если человек ощущает себя членом своей нации, если он радуется успехам своей нации и огорчается неудачами, если он болеет душой за настоящее и будущее своей нации, если он обладает чувством национального достоинства, то он и есть националист, хотя далеко не каждый отдаёт себе в этом отчёт.

Можно ли уничтожить этот инстинкт, не уничтожив сам народ или не «растворив» его в другом этносе. Нет. Можно лишь на время подавить (как это произошло с русским народом). Это понимал и великий учёный Д.И.Менделеев («Национализм» во мне столь естественный, что никогда никаким интернационалистам меня из него не выбить»). А выдающийся русский философ И.А.Ильин писал: «Что такое есть национализм? Национализм есть любовь к историческому облику и творческому акту своего народа во всём его своеобразии. Национализм есть вера в инстинктивную и духовную силу своего народа, вера в его духовное призвание. Национализм есть воля к тому, чтобы мой народ творчески и свободно цвёл в Божием саду. Национализм есть созерцание своего народа перед лицом Божиим, созерцание его души, его недостатков, его талантов, его исторической проблематики, его опасностей и его соблазнов. Национализм есть система поступков, вытекающих из этой любви, из этой веры, из этой воли и из этого созерцания».

Разве любовь к своим родителям – это ненависть к чужим родителям? Разве любовь к своему народу – это ненависть к другим народам (об агрессорах речь не идёт)? Как видим, понятие «национализм» не содержит никакого негативного начала. Оно никак не противоречит патриотизму, оно – дополняет его.

Мы все любим своё Отечество – Россию, но разве в душе каждый не выделяет свой народ? Может быть, надо запретить татарину гордиться государственным деятелем Борисом Годуновым и поэтом-мучеником М. Джалилем, мордвину – скульптором Эрзя и певицей Л.Руслановой, еврею – художником Левитаном и композитором Дунаевским? А ведь это тоже национализм.

Однако, если любя свой народ, человек видит в нём одни достоинства, а недостатки только у других, если он высокомерно и презрительно относится к другим народам, не надо называть его националистом. Для этого есть другой термин – шовинизм. И уж совсем последнее дело, если человек ставит свою нацию во главу мира, считает её исключительной и призванной повелевать человечеством. Тогда это – нацизм. Есть ли хоть один исторический пример русского шовинизма или русского нацизма? И не умышленно ли подменяют разные понятия борцы с русским национализмом?

Впервые о русских национальных интересах громко заявил великий Ф.М. Достоевский, а русский национализм как явление возник в начале ХХ века (движения «Союз русского народа», «Союз Михаила Архангела» и др., философы и публицисты В.В.Розанов, М.О.Меньшиков и др.). Возник как реакция на попытку разрушения государства – Первую «русскую» революцию, в которой инородцы играли главную роль.

Сильный всплеск русских национальных чувств произошёл и в первые годы после Октябрьского переворота, когда во власти и в безжалостных карательных органах также доминировали инородцы. Ещё одно возрождение началось в конце 1970-х годов, когда в глаза стала бросаться экономическая и социальная дискриминация русского народа.

Особенно сильный подъем русского национализма произошёл в 1990-е – начале 2000-х годов, когда в разрушении и разграблении страны явственно прослеживалась активная роль высокопоставленных инородцев, а государственные (!) СМИ непрерывно унижали и оскорбляли русский народ. Дошло до того, что русский народ, внёсший наибольший вклад в разгром фашизма, обвиняли в фашизме, а быв. министр культуры Швыдкой заявил, что «русский фашизм страшнее германского».

Кратковременные всплески происходили позднее в Москве (события на Манежной площади в 2010 г. и в Бирюлёве в 2013 г.) и в ряде др. городов как ответ на «безпредел» чужеземцев и покровительство им милиции (в те годы даже родилась горькая шутка: «Если бьют русского – это бытовая драка, если русский даёт сдачи – это экстремизм и разжигание межнациональной розни»).

Из пунктирно приведённых исторических фактов следует, что русский национализм обостряется только тогда, когда русский народ подвергается унижению, угнетению или откровенной дискриминации. В спокойное время русский национализм «спит», а сам народ готов снять с себя последнюю рубашку, если кому-то нужна помощь.

В этом заключается особенность русского национализма и вообще русского характера, о котором, наверное, наиболее точно сказал Сталин (1939 г.): «Русский народ – великий народ. Русские – это добрый народ. У русского народа ясный ум, он как бы рожден помогать другим нациям. Русскому народу присуща великая смелость, особенно в трудные времена, в опасные времена. Он инициативен. У него стойкий характер, он мечтательный народ, у него есть цель, поэтому ему и тяжелее, чем другим нациям, но на него можно положиться в любую беду».

Так что не надо бояться русского национализма. Нужно просто уважать русский народ!

 


По материалам: http://национальный-медиа-союз.рф/opatriotizmenacionalizmeiprochihizmah1351.html#crumbs

http://www.inform-relig.ru/news/detail.php?ID=15058

0

"Грядут большие перемены"